7 февраля исполняется 100 лет со дня расстрела адмирала Александра Колчака. Материал о нем, кстати, вы можете найти на нашем сайте. Сегодня же мы поговорим о другом русском офицере, который вошел в историю России как выдающийся поэт Серебряного века. Его зовут Николай Гумилёв.

Создатель акмеизма

В 1911 году, почувствовав кризис символизма главного литературного направления того периода Серебряного века, Гумилёв вместе со своим другом Сергеем Городецким создал «Цех поэтов». Помимо основателей этой литературной группы, на заседаниях присутствовали такие писатели и поэты, как Осип Мандельштам, Алексей Толстой и Василий Гиппиус. Вскоре «Цех поэтов» стал популярен не только в Петербурге, но и в других крупных городах Российской империи.

Вместе с новой литературной организацией Гумилёв создал свое собственное творческое направление акмеизм. Это течение противопоставлялось символизму. Гумилёв вернул в русскую поэзию отсылки к классической мировой культуре, стремление к высоким и чистым идеалам, земные образы и библейские сюжеты.

Николай Гумилев

Среди трёх главных направлений Серебряного века только акмеизм был и остался исключительно русским течением. Символизм вырос из творчества французских лириков Шарля Бодлера и Поля Верлена, футуристы вдохновлялись итальянским поэтом Филиппо Маринетти. А вот Гумилёв смог создать абсолютно новаторское ответвление поэзии Серебряного века.

Африканские экспедиции 

Гумилёва с детства манила экзотика. Поэт любил необычные приключения: он, например, решился на поездку в Абиссинию. В 1910 году во время экспедиции Гумилёв смог подружиться c  эфиопским царём Менеликом II.

Второй раз Гумилёв побывал в Африке в 1913 году: он попробовал путешествовать на верблюдах, познакомился с будущим царем Харара, охотился, когда пропитание закончилось. Путешествие организовала Академия наук.

Эфиопский царь Менелик II

Африканские образы нашли отражение в лирике Гумилёва. Вдохновившись поездками, поэт написал ряд стихотворений, используя экзотические элементы. «Египет», «Сахара», «Судан», «Нигер», «Жираф», «Озеро Чад»  это только малая часть лирических произведений Гумилёва, в которых звучат африканские мотивы.

«Здесь нет поэта Гумилёва, здесь есть офицер Гумилёв» 

Когда в 1904 году началась Русско-японская война, юный Гумилёв, которому было всего 18 лет, попытался добровольно отправиться на фронт. Будущий поэт несколько раз получил отказ, из-за состояния здоровья юношу не взяли в ряды Русской императорской армии.

Жажда приключений, которая потом привела Гумилёва в Африку, возникла ещё в детстве: тогда он зачитывался гомеровской «Илиадой». Вдохновляясь эпизодами из истории Троянской войны, молодой Гумилёв начал мечтать о подвиге.

В 1914 году началась более масштабная война, вошедшая в историю как Первая мировая. Гумилёв не испугался опасности и вновь добровольно решил пойти на фронт. На этот раз уже состоявшегося поэта приняли в армию.

Гумилёв не отсиживался в штабе, а вел активные боевые действия против наступавших немецких частей, регулярно ходил в разведку. За проявленный на фронте героизм поэт получил два Георгиевских креста и Орден Святого Станислава.

Николай Гумилев с женой Анной Ахматовой и сыном

В стихотворении «Война», созданном на фронте Первой мировой, Гумилёв написал строки, по которым видно, как поэт относится к боевым действиям. Он признает ужас происходящего вокруг, однако все равно видит в защите России святость: «И воистину светло и свято / Дело величавое войны. / Серафимы, ясны и крылаты, / За плечами воинов видны. / Тружеников, медленно идущих, / На полях, омоченных в крови, / Подвиг сеющих и славу жнущих, / Ныне, Господи, благослови…»

Когда Гумилёв в августе 1921 года находился под арестом в ЧК, о чем пойдет речь ниже, на вопрос чекиста: «Здесь есть поэт Гумилёв?», поэт-акмеист ответил: «Здесь нет поэта Гумилёва, здесь есть офицер Гумилёв».

Расстрел и неизвестный стих 

В начале августа основателя «Цеха поэтов» задержали чекисты по обвинению в заговоре против большевиков. Не смог помочь Гумилёву и Максим Горький, лично просивший Владимира Ленина вызволить из ЧК поэта. «Буревестник» получил отказ, и 24 августа Президиум Петрочека вынес смертный приговор Гумилёву, объявив поэта «явным врагом народа и рабоче-крестьянской революции». В ночь с 25 на 26 августа автора «Романтических цветов» расстреляли чекисты.

Литературоведы и биографы до сих пор спорят о том, состоял ли Гумилёв в сговоре против большевистской власти. Как и многие царские офицеры, поэт-акмеист не был сторонником революции. Вспоминаются строки из стихотворения Гумилёва, посвященного событиям Первой русской революции: «Захотелось жабе черной / Заползти на царский трон, / Яд жестокий, яд упорный / В жабе черной затаен…». «Жаба черная» — такое определение говорит о явной неприязни автора строк к революционерам. Однако прямых доказательств причастности Гумилёва к контрреволюционерам нет.

Последние недели жизни, находясь в ЧК, Гумилёв читал книги Гомера и Библию, писал стихи. Поэт Георгий Иванов о последних днях своего знакомого вспоминал: «Последняя весть от него была открытка, полученная за два дня до смерти: “Не беспокойтесь обо мне. Я чувствую себя хорошо, играю в шахматы и пишу стихи. Пришлите табаку и одеяла…»».

В интернете гуляет стихотворение неизвестного автора, которое, по слухам, написал Гумилёв за несколько дней до расстрела:

«В час вечерний, в час заката 

Каравеллою крылатой  

Проплывает Петроград…  

И горит на рдяном диске  

Ангел твой на обелиске, 

Словно солнца младший брат.  

Я не трушу, я спокоен,  

Я — поэт, моряк и воин,  

Не поддамся палачу.  

Пусть клеймит клеймом позорным —  

Знаю, сгустком крови черным  

За свободу я плачу.  

Но за стих и за отвагу,  

За сонеты и за шпагу —   

Знаю — город гордый мой  

В час вечерний, в час заката  

Каравеллою крылатой  

Отвезет меня домой…» 

Поделиться